ИСТОРИЯ ГЕРМАНИИ В ПЕРИОД РАННЕГО СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

ИТОГИ ПРАВЛЕНИЯ ФРАНКОНСКОЙ ДИНАСТИИ

В течение столетия, когда власть принадлежала королям Франконской династии Салического дома, за политическую аксиому было принято положение, что германский король был одновременно и императором Священной Римской империи, и что прочие государи и страны должны находиться в своего рода подчинении у этого короля-императора.

Но фактически императорская власть, после присоединия Бургундии, ничего не значила во Франции и в Англии; Венгрия тоже была почти независимой; Чехия и Польша стали самостоятельнее после смерти Генриха V.

В Германии и Италии могущество императора теоретически было велико, и блеск его усиливался вследствие вновь наступившего главенства римского кодекса и завершения церковного спора, очень важного для короны (regnum).

Для мирской власти - было установлено более разумное отделение светского элемента от духовного в положении высших церковных сановников, нежели было возможно при прежних безграничных притязаниях папы Григория VII.

С течением времени территориальные захваты на западе прекратились; самое господство немцев за Рейном и на Роне не отличалось прочностью, между тем как движение за Эльбу и на Дунай шло почти непрерывно. Во время малолетства Генриха IV и правления матери его Агнесы, а позже - во время борьбы за инвеституру, Польша, Венгрия и Богемия пользуются смутой в государстве и уничтожают последние следы своей зависимости от империи и даже переходят в наступление. Прошло много лет, пока Генрих V отстоял неприкосновенность имперской границы.

ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОЙ

Во главе государства стоял король, избранный духовными и светскими князьями на франконской земле и коронованный в Аахене. Первые короли Салической династии старались основать наследственную монархию и низвести выбор короля, освященный обычаем и народным правом, к простой формальности. Это достигалось ранней подготовкой намеченного наследника к государственной деятельности и передачей ему правления еще при жизни предшественника. Так, на сейме 1053 г. в Трибуре Генрих III заставил князей присягнуть своему трехлетнему сыну, будущему королю Генриху IV. Последний также короновал своего сына (1099), заставив предварительно, на сейме в Кельне, признать за молодым Генрихом V права на наследство.

Кратковременность династии, страстная оппозиция вассалов против наследственности монархии, борьба с папством, постоянно отвлекавшая силы императоров, и смутная эпоха регентства Агнесы были причинами неудачи стремлений Салиев. Вассалы выставляли антикоролей, которых принуждали (напр. Рудольфа Швабского) дать обязательство, что корона не будет передана по наследству. Борьба двух принципов продолжалась при Штауфенах и кончилась в пользу князей.

После коронования в Риме германский король получал титул "Римского императора", он пользовался также правом носить ломбардскую корону, а в 1046 г. Генрих III соединил с германской короной сан римского патриция, дававший ему патронат над престолом св. Петра.

Во главе общества стоял король со своим двором, и ему, по крайней мере на словах, воздавались всякие почести. Но серьезным недостатком было то, что королевская власть не привязывалась ни к какому постоянному месту, дворцу, городу. В Германии не было настоящего центра, главного, стольного города. Старания королей Салического дома установить такую столицу были безуспешны.

Короли по-прежнему вели жизнь странников, не имея постоянной резиденции, останавливаясь в бургах и пфальцах или в крупных городах, где вокруг них собирался блестящий двор. Здесь король в качестве верховного судьи судил и разбирал споры, в его присутствии местные власти теряли силу. Вместе с советниками он занимался текущими делами, принимал посольства и т. п. Турниры, музыка, танцы и пиры развлекали блестящее общество.

Доходы король получал из огромных, рассеянных по всей империи имений, которые, несмотря на щедрые раздачи духовным и светским вассалам, были еще очень многочисленны. Лично управляя государством, король раздавал права, привилегии, иммунитеты и государственные должности; в последнем случае ему приходилось считаться с наследственными и племенными правами.

После короля важнейшими по положению были духовные сановники: 6 архиепископов (Майнцский, Кёльнский, Трирский, Магдебургский, Бременский, Зальцбургский) и 43 епископа филиальных епархий, существовавших в то время в Германии. Они составляли духовную аристократию, которой было выгодно окончание спора об инвеститурах, поскольку оно делало теперь высшее духовенство более зависимым от папы, нежели от короля, что на первых порах было менее обременительно.

Как и в саксонскую эпоху, во главе отдельных племен (саксов, швабов, баварцев, каринтийцев, верхне- и нижнелотарингцев) стояли герцоги - первые вассалы короны, самостоятельно управлявшие своими землями. Имея связи среди местной аристократии и опираясь на стремление племен к сохранению своей самобытности и вольностей, герцоги отстояли наследственность своих ленов и положили первое основание дроблению Германии.

При Генрихе III только Саксония и Лотарингия имели собственных герцогов, но при Генрихе IV герцогства окончательно ускользнули из рук короля. Маркграфы, охранявшие границы государства, занимали положение одинаковое с герцогами, но шли в имперское ополчение под герцогским знаменем.

Пфальцграфы по-прежнему охраняли королевские права и регалии, в герцогствах управляли королевскими доменами, судили во всех общинах, непосредственно подчиненных королю. Постоянный антагонизм этих верных слуг короля с герцогами кончился в пользу последних - пфальцграфы почти отовсюду были вытеснены. Добившись наследственности, герцоги и маркграфы основали могущественные династии, успешно соперничавшие с королевской.

Старинное деление на области (Gau) уже не совпадало с делением на графства; некоторые графы имели в своих руках несколько областей, а в крупных областях сидело несколько графов. Владетелей обширных графств стали называть ландграфами, бурги и крепкие города подчинялись бургграфам. Пользуясь слабостью центральной власти, области в лице своих представителей — князей добивались автономии (нем.Landeshoheit).

Феодализация общества, связавшая мелких владетелей и рыцарей крепкими узами вассальной и экономической зависимости с аристократией, лишала правительство лучших военных сил. Практичные Салии пошли навстречу духу времени и признали принцип наследственности ленов, но заставили коронных вассалов - князей сделать то же самое относительно их вассалов - рыцарей и динстманнов. Эта мера привлекла на сторону Империи сердца военных людей, видевших в короле защитника своей свободы. Решившись дать юридическую основу существующей уже практике, король прекращал раз и навсегда постоянные споры и уничтожал главный источник смут, а герцоги и графы не так легко собирали рыцарей для бунта.

При Генрихе IV, с ослаблением королевской власти, княжеские съезды получают характер законодательных сеймов, предписывающих свою волю королю. Так например, съезд в Трибуре (1066) предложил Генриху IV либо удалить архиепископа Адальберта Бременского, либо сложить корону; на съезде в 1076 г. королю предписали очиститься от отлучения от церкви в течение года или сложить власть и т.п. Даже Вормсский конкордат 1122 г. был больше всего делом князей, которые во время борьбы между империей и папством возвысились до степени третьей державы, более всего выигрывавшей от примирения ослабленных противников.

К несчастью для Франконской (Салической) династии, ее представители слишком увлеклись политическими вопросами, разбросались в борьбе на различных театрах и упустили время стать во главе трех могущественных движений века: Божьего мира, реформы в духе клюнийцев и крестовых походов. На полях Пиаченцы и Клермона Урбан II двинул католическую Европу на Восток, а император остался праздным свидетелем этого мирового события.

СОЦИАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В ГЕРМАНИИ

Социальные отношения в Германии имели свои особенности. Нация разделилась на две неравные половины: малочисленную, облеченную всеми правами феодальную аристократию и бесправную народную массу, из среды которой уже заметно выдвигается буржуазия.

Отсутствие личной свободы и собственности, дороговизна военной службы и разложение государственной власти заставляло мелких собственников становиться вассалами короля или сильных людей. Только в Саксонии сохранился многочисленный класс свободных крестьян-собственников.

Изменившаяся система военного устройства еще резче провела сословную грань. Вместо свободных крестьян, сражавшихся в пешем строю и в отцовском вооружении, под государственным знаменем саксонских королей, при Салиях по призыву короля вассалы приводили ему конные отряды закованных в латы рыцарей. Только бившийся в рядах этой рыцарской армии воин пользовался почетом; пехотинец встречал лишь презрение.

В эпоху Салической династии началось деление всех благородных и свободных людей на 7 разрядов или "щитов" (нем.Heerschilde), заимствованное от военного строя. В самых крайних случаях призывался к оружию седьмой "щит" - свободное крестьянство, постепенно терявшее право носить оружие, а вместе с тем и гражданские права.

Горожане с трудом завоевали себе право носить оружие, но сражаться рядом с рыцарями они не имели права. Гарнизонная служба и защита городов - вот та скромная роль, которую отвели буржуазии. Мелкий люд обратился в бесправную и неимущую массу, свобода стала привилегией сильного.

В культурном отношении эпоха Франконской (Салической) династии была шагом назад по сравнению с предыдущей. Первые представители династии покровительствовали наукам и также искусствам. Великие архитектурные сооружения в романском стиле в Шпейере, Вормсе, Майнце, Кельне относятся к их эпохе.

В дальнейшем, жестокая борьба, возгоревшаяся с середины XI в. и сопровождавшаяся разрушением церквей и монастырей, не была благоприятна для процветания наук и искусств; она наполнила Германию и Италию всеми ужасами войны и подготовила почву для одичания нравов.

Империя была усеяна замками рыцарей, сделавших из разбоя и мелкой войны доходное ремесло. Кулачное право, грабежи и пожары - вот общий фон жизни при Генрихе IV и Генрихе V. На такой почве упадок нравов и разврат должны были пустить глубокие корни и захватить все слои общества, не исключая и духовенства.

Из мрака смуты и несчастий человечество искало успокоения и искупления в подвигах веры (крестовые походы). Когда Германия и Италия находилась под гнетом церковного проклятия, когда не было ни одной души, не оскверненной обхождением с отлученными, когда отец восстал на сына, папа на папу, когда раскол захватил все слои общества и все учреждения, общее сознание вины и забота о спасении души еще более усилили аскетическое настроение, на котором папы основали свою победу над миром.

Однако, даже подвиги веры сопровождались дикими действиями - крестоносцы избивали на своем пути евреев, жгли и грабили христиан. При господстве аскетических идеалов становится понятной сила отлучений, к которым прибегало папство в борьбе с врагами.

Феодальное государство было шатким зданием и поддерживалось, главным образом, страхом пред данной клятвой. Когда эта связь была ослаблена и во имя религии ее высший представитель стал проповедовать измену, все узы падали и личные интересы брали верх над государственными. Только рост имперских городов (Кёльн, Вормс, Юлих и др.) с их богатством, промышленностью, торговлей и благоустройством составлял отрадное исключение в эту эпоху рабства, нищеты, анархии и фанатизма.

Источники:
Егер О. Всемирная история в 4т.
Энциклопедический словарь Брокгауза Эфрона

← История Германии. Оглавление

Наверх